Капризное детище науки
Покойно устроившиеся в старинных креслах с высокими спинками джентльмены улыбаются. Они знают, что речь президента идет о не получивших пока объяснения результатах опыта их американского коллеги Альберта Майкельсона.
Что ж, ему действительно еще не удалось определить, влияет ли движение Земли на скорость света. Не удалось поймать эфир. Но это пока...
Плавно льется речь президента. Он напоминает и другой опыт, результаты которого тоже не вполне согласуются с волновой теорией.
Но ведь и это тоже пока...
Джентльмены удовлетворенно переговариваются. В этом мрачноватом, освященном традициями старинном зале уже много лет подряд собираются те, кто посвятил свою жизнь науке. Ничего, что на долю одних выпал больший успех, на долю других — меньший. Все с одинаковым удовольствием слушают признание их общих заслуг.
Двадцатое столетие наступило! Высокоученые джентльмены разъехались по домам, чтобы приступить к отделке «величественного здания» физики, построенного их трудами.
Но проходит пять лет, и из незаметных временных облачков гремят такие раскаты, которые потрясают самые основы фундамента здания классической физики. Новые гипотезы, новые теории, словно ослепительные молнии, озаряют необозримые просторы бесчисленных областей науки, куда еще не проник разум. В одно мгновение «величественное здание», «неприступная крепость» старой науки превращается в крохотную сторожку на площадке огромной стройки. Стройки уже не одного здания, а грандиозного ансамбля, целого города современной физики. И опять возникает новый взгляд на мир, новое мировоззрение...
 
1 2 3 4 5