Когда факты не согласуются с теорией
В 1727 году, на девятом десятке своей жизни, Ньютон скончался. Его многочисленные сторонники, среди них немало выдающихся ученых, продолжали развивать взгляды учителя. С помощью строгих математических выводов им удалось объяснить почти все свойства света как потока частиц — корпускул.
В огромном большинстве случаев корпускулярная теория торжествовала.
И все-таки... Проходят годы, десятилетия. Эфир все еще тревожит умы, есть и у него приверженцы.
Среди противников Ньютоновой теории, например, русский академик Михайло Ломоносов. Его голос, молодой, задорный, доносится из России. «Положите песчинку на солнце, — предлагает он. — В черную песчинку, не отражаясь, потекут, согласно Ньютоновой теории, бесчисленные корпускулы света. Теперь быстро перенесите песчинку в темноту. Увы, никто не увидит, чтобы она начала светиться. Но куда же тогда девались световые частицы?..»
Только тщательное исследование, изучение и объяснение всех свойств света могло бы разрешить этот спор.
Оставались «пустяки», немногие проявления, которые никак не согласовывались с обязательными законами. Например, если свет — поток летящих корпускул, то он должен распространяться строго по прямым линиям, недаром существует поговорка: «прямой, как луч». Натыкаясь на непрозрачное тело, такие лучи должны давать резкую тень с четко обрисованными границами. А между тем ученые уже давно заметили, что края у теней бывают размытыми. Лучи света как бы огибают препятствие — а если оно достаточно мало, то могут обогнуть так, что и совсем не дадут тени. Это явление назвали дифракцией, и оно никак не вязалось с законами, обязательными для корпускулярной теории. Были в ней и другие шероховатости. Однако до поры до времени на них приходилось закрывать глаза.
 
1 2 3 4 5 6