На пороге чуждого мира
В наушниках гермошлемов раздаются первые слова руководителя полета. Из бункера управления он говорит: «До пуска сто пятьдесят минут. Отсчет продолжается...»
Два с половиной часа, зачем так много?
Современная космическая ракета — это сотни тысяч разных деталей! Так много, трудно себе даже представить. А если бы кто-либо задался целью пересчитать их, пришлось бы без передышки считать четверо суток.
За два с половиной часа нужно все, все проверить. Каждую деталь, каждый механизм, каждый узел.
— До пуска сто двадцать минут.
Снаряжающие на площадке лифта начали задраивать люк. Плотно, еще плотнее, плотнее!
Зачем? Так обычно снаряжают подводную лодку, уходящую в глубинное плавание. Так проверяют иллюминаторы водолазного костюма перед спуском человека под воду. Но водолаз, подводная лодка — это понятно. Они покидают мир солнца и воздуха, уходят в чуждую людям стихию. Герметичность им нужна, чтобы под тонкую оболочку скафандра или подводной лодки не проникла бы вода, не вытеснила бы воздух, не задушила бы человека.
Но при чем тут космонавт? Разве ракета не нацелена в самую середину голубого неба? О чем же беспокоятся инженеры, проверяя герметичность ее корпуса?
 
1 2 3 4 5 6 7 8